Владимир Горелик, председатель Московской коллегии адвокатов «Горелик и партнеры», отвечает на вопрос «Новой газеты», что изменят поправки в УПК, расширившие полномочия прокуратуры по изменению сроков содержания под стражей

Легкий косметический ремонт

ЗА ПРОДЛЕНИЕ АРЕСТОВ ТЕПЕРЬ БУДУТ ОТВЕЧАТЬ ПРОКУРОРЫ. ЧТО ИЗМЕНИТСЯ?

Недавно вступили в силу инициированные правительством поправки в УПК, которые расширяют полномочия прокуратуры по изменению сроков содержания под стражей. Теперь обращаться к суду с ходатайством о продлении обвиняемым домашнего ареста или заключения под стражу после завершения предварительного расследования следователи самостоятельно уже не смогут. Просить суды о продлении меры пресечения напрямую теперь должны прокуроры. Они же будут ответственны за соблюдение сроков рассмотрения дела.

Ряд опрошенных «Новой» юристов полагают, что новый закон положительно скажется на судьбе обвиняемых и среди прочего будет способствовать увеличению случаев домашнего ареста. Большинство экспертов, однако, уверены: к либерализации уголовного законодательства поправки не приведут, а инициатива носит скорее чисто «косметический» характер.

Александр Хуруджи
общественный уполномоченный по правам предпринимателей, заключенных под стражу:

— Не так важно, кто продлевает сроки содержания под стражей, важно, чтобы было соблюдено законодательство и рекомендации пленумов президиума Верховного суда касательно обоснованности избрания той или иной меры пресечения. Поправки могут позволить сократить сроки следствия, ускорить вынесение судом решений, снизить расходы в части доставки арестованных в суд из СИЗО и обратно. В 90-х годах у прокуроров были полномочия по санкционированию арестов без решения суда и каких-либо серьезных нарушений при этом не допускалось, так что ждать какого-либо проявления волюнтаризма в части касательно нарушений прав обвиняемых не стоит.

Артем Каракасиян
адвокат, руководитель уголовной практики юридической фирмы «Инфралекс»:

— Вопрос о том, кому обращаться в суд — следователю или прокурору, — заметного влияния на ход расследования оказать не может. Какая, в сущности, для обвиняемого разница, кто подпишет ходатайство о продлении его меры пресечения — следователь или прокурор? Тревогу вызывает другой момент, идущий в комплексе новых поправок, — возможность на досудебной стадии продлевать срок содержания под стражей и домашним арестом свыше предельного, который составляет 12 месяцев для тяжких и 18 месяцев для особо тяжких преступлений. Сроки, установленные УПК ранее, ставили хоть какие-то рамки для следствия, заставляли заканчивать уголовные дела и направлять их в суд. Теперь, получается, под предлогом решения вопросов с утверждением обвинительного заключения прокуратуре можно еще дольше держать человека под арестом. Как минимум странно, что за недоработки следствия должен отвечать обвиняемый.

Тимур Хутов
руководитель уголовной практики юридической компании BMS Law firm:

— Поправки, с одной стороны, должны помочь ускорить следствие. Но пока непонятно, на какой срок тот или иной прокурор захочет продлевать дело. Возможно, что из-за поправки расследование растянется на годы, ведь доказывать основания для продления срока будет не нужно.

Владимир Горелик
адвокат:

— Эти новации не содержат каких-либо принципиальных изменений, улучшающих положение подследственных. Изменения носят косметический характер. Но в целом расширение полномочий прокурора на стадии предварительного следствия — идея правильная, так как обяжет прокуроров проводить конкретную работу по делу, изучать материалы, разбираться в вопросах доказанности преступления и в обоснованности позиции следствия, чем в настоящее время прокуроры практически не занимаются. Расширение полномочий прокурора может создать систему сдержек и противовесов, которая в отдельных случаях поможет невиновным оградить себя от предвзятого следствия, основанного на низком профессионализме или на коррупционной составляющей. Однако подобными косметическими средствами обеспечить действенный прокурорский надзор на стадии предварительного следствия вряд ли можно. Практика показывает, что подавляющее большинство жалоб защиты в органы прокуратуры на стадии предварительного следствия либо «отфутболивается» тому же следователю, либо заканчивается прокурорскими отписками надзирающего прокурора. Поэтому действующее законодательство нуждается в конкретных правовых нормах, которые бы обязывали органы прокуратуры не декларативно осуществлять прокурорский надзор за расследованием дела и за его результатом.

Владимир Комаров
адвокат:

— Фактически, данные изменения несут в себе идею устранения правовой коллизии. Не секрет, что внутриведомственные отношения между следствием и прокуратурой носят натянутый характер, и прежняя ситуация ставила прокурора в зависимое от следствия положение. Ведь нарушение сроков содержания под стражей в то время, когда дело находится в прокуратуре, бросало тень именно на прокурорских работников. Новый закон не приведет ни к сокращению сроков содержания под стражей, ни к их затягиванию. Самым ожидаемым последствием изменений будет, вероятно, уменьшение случаев незаконного содержания под стражей по причине истечения процессуальных сроков. Соответственно, может уменьшиться количество удовлетворенных жалоб в Европейском суде против Российской Федерации.

Раиль Гизятов
юрист Европейской юридической службы:

— Плюсы нововведений: прокурор теперь не будет ограничен по времени принятия решения сроков содержания под стражей обвиняемого. Минусы: изменения могут повлечь злоупотребления: необоснованное увеличение срока содержания под стражей, прокурор будет ходатайствовать о продлении сроков всегда, даже когда этого не требуют материалы дела. В любом случае следует дождаться, каким путем пойдет правоприменительная практика.

Денис Меркулов
юрист

— Инициатива носит технический характер. Не следует ожидать смягчения или условной либерализации уголовно-процессуального законодательства. Прежде всего, данная мера направлена на то, чтоб облегчить деятельность прокуратуры по соблюдению сроков содержания под стражей. Речь именно о законодательном урегулировании этого момента, не более.

Источник: «Новая газета«.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.